Decorltd.ru

ООО «Декор»
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Благосостояние и будущее одно тоже

Благосостояние и будущее одно тоже

НПФ «БУДУЩЕЕ» желает
всем крепкого здоровья
и благополучия

Обязательное пенсионное страхование

Государственная система пенсионного обеспечения

Индивидуальный пенсионный план

Решите сами, какой будет ваша пенсия

Компаниям

Корпоративная пенсионная программа

Создать программу для мотивации работников

Обязательное
пенсионное страхование

Управление накоплениями, сформированными за счет Работодателя

Индивидуальный пенсионный план

Накопить на пенсию за счет личных взносов

Корпоративная пенсионная программа

Повысьте эффективность бизнеса за счёт мотивации сотрудников и налоговых преференций

С новым 2021 годом!

НПФ «БУДУЩЕЕ» желает всем крепкого здоровья и благополучия

Самые востребованные услуги и сервисы доступны в любое время онлайн – в личном кабинете клиента. Вы можете обновить персональные данные и банковские реквизиты для получения выплат, пройти ежегодную перерегистрацию и подключить автоплатеж по договорам ИПП

Григорий Явлинский: Наша экономика – госкапитализм. Доходы у группы товарищей, а расходы — за счет народа

Лидер партии «Яблоко» поделился своим взглядом на уходящий 2020-й год

У лидера партии «Яблоко» всегда был особый критический взгляд на происходящее вокруг и свои рецепты — как это исправить. На радио «Комсомольская правда» в программе Владимира Ворсобина «Гражданская оборона» он поделился этим особым взглядом на уходящий 2020-й.

«ЧТОБ СТРАНА НЕ РАСПАЛАСЬ НУЖНА КРИТИКА»

— Каким бы приличным словом вы охарактеризовали 2020 год?

— Год испытаний на прочность. Людей, систем здравоохранения, политики.

— И насколько прочна оказалась российская система?

— Приведу одну цифру. Численность населения России в 2020 году упадёт на 352 тысячи человек. Это в десять раз больше, чем в прошлом году. Вот вам оценка.

— Но и американские демократы проклинают Трампа. А в Европе полощут руководителей стран, которые в начале года не знали, что такое ковид. Чем ошибки России отличаются от общемировых?

— Ну, не во всех странах случилась такая убыль населения. А здоровая, профессиональная критика – обязательное условие нормального развития общества. Из-за старого представления о том, что не должно быть никакой критики, а должно быть только славословие и аплодисменты, распался СССР.

— Но СССР распался, как раз когда критику разрешили.

— Когда разрешили уже поздно было. Вот и в нашей стране до сих пор не решен вопрос безопасной смены власти. Если я вас сейчас спрошу: что будет через два-три года с экономикой? Честный ответ: никто это не знает. Потом я вас спрошу: а что будет через два-три года с медициной? Не сможете ответить. Одно только вы можете сказать – кто будет президентом.

МИШУСТИН И НЕ ПОДОЗРЕВАЛ.

— Вы были зампредом Совета министров России. На ваш взгляд, смена Медведева на Мишустина в этом году дала что-то стране?

— Концепция власти в России сейчас такова – правительства должны быть техническими. Все основные решения принимает президент. А правительство исполнительный орган, с которого можно спрашивать, например, почему цены растут? Поэтому никакой большой разницы не вижу между кабинетами министров. Кабинет Мишустина в этом ряду, кстати, наиболее технический. Предполагается, что за счет цифровых технологий он решит какие-то проблемы роста экономики. Тут, правда, нужно признать — когда правительство формировалось, никто не подозревал, что скоро случится пандемия, спад в мировой экономике, падение цен на нефть. Правительство попало в очень сложную ситуацию…

Когда говорят — цены растут, задайтесь вопросом — почему? Да потому что девальвация российской валюты в этом году – 25%. Сырьевая экономика. Высокая коррупция. Плохой инвестиционный климат. Большое технологическое отставание. Нет эффективной судебной системы. Избыточные госрасходы. Я могу долго перечислять.

— Вы перечисляете это уже лет двадцать. Но вас не слушают. Видимо, у властей своя стратегия.

— Точно подметили. Поделюсь двумя соображениями. Первое — наша экономика в 2020 году будет уже меньше 10% от европейской и 7% от американской. При том, что у нас 146 миллионов населения, и самая большая страна мира, самая богатая ресурсами. Второе — если человек все время говорит, что дважды два – четыре, он тупой? Или принципиальный?

КАКОЙ ЖЕ ТОЛК ОТ ЗОЛОТОВАЛЮТНЫХ ЗАПАСОВ?

— Власть критиковали за недостаточную поддержку людей во время пандемии. Зато сейчас золотовалютных запасов у страны много и долгов почти нет.

— И какой от этого толк? Экономика уже много лет не растёт, а доходы граждан падают. В Западной Европе, в США до 20% ВВП потрачено на то, чтобы поддержать население, бизнес. У нас — чуть больше 2%. При том, что в Фонде национального благосостояния – 10 триллионов рублей, и в золотовалютных резервах – 38 триллионов рублей.
В марте мы предложили программу для поддержки граждан в условиях карантина.

Мы считали, что на остановленных предприятиях нужно выплачивать 80% зарплаты. Компенсировать 30% оплаты ЖКХ. 25% ипотеки – должно взять на себя государство. Программу отправили в правительство, мы получили отзывы от всех министерств. Если бы эта программа была запущена, не было бы такого падения доходов. И спад в экономике был бы гораздо меньше… Но в итоге правительство отправилось в другом направлении — изображать помощь, но на самом деле не слишком на нее тратиться.

— Из чего исходит власть?

— Посмотрите структуру бюджета. Приоритеты — расходы на оборону, полицейских. Потому что наша экономика – госкапитализм. А что такое госкапитализм? Это когда доходы частные, а расходы – государственные. Некоторые группы товарищей получают большую часть доходов, а расходы несем мы – общество и государство в целом.

ПОЧЕМУ ВСЕ ОТ НАС ХОТЯТ УБЕЖАТЬ

— В этом году люди вышли на улицы с протестом в Хабаровске и в Минске.

— Это совершенно разные истории. В Хабаровске люди оскорблены тем, что их выбор проигнорировали. Когда вводилась новая система избрания губернаторов, все эти муниципальные фильтры, Москва говорила: мы не можем допустить, чтобы криминал пробрался во власть. Поэтому мы должны всех кандидатов «фильтровать». Иначе мафия захватит руководящие посты. Спрашивается: где была Москва и все эти фильтры, когда кандидат в губернаторы Фургал был допущен до выборов?

— Хабаровск – звоночек для власти или частный случай?

— Частный, пусть и неприятный в разных смыслах.

— В Минске тоже были оскорблены.

— А вот в Белоруссии совсем другое. Я выражаю личную солидарность с людьми, которые уже двадцатое воскресенье протестуют против лжи, произвола, фальсификаций и насилия.

Читать еще:  Зарплата в полиции таблица москве

— Но есть и другая логика: Лукашенко, грубо говоря, сукин сын, но он «наш сукин сын». Мне кажется, из нее вынужденно исходит Москва.

— Именно поэтому Россия тоже несет ответственность за то, что происходит в Белоруссии.

— А какие были варианты? Чтобы Тихановская стала главой Белоруссии? Белоруссия ушла бы на Запад, и это сильно не понравилось бы 80 процентам наших граждан. Они и сейчас готовы простить Лукашенко его грехи, так как опять-таки, он наш.

— Экономика Белоруссии полностью привязана к России. От того, что там победил бы банкир (кандидат в президенты Бабарико, – ред.), которого посадили в тюрьму, ничего бы страшного не произошло.

Лучше вдумайтесь – почему, как только людям дают свободу, они от нас, России, хотят убежать. Что Белоруссия, что Украина, что Молдова? Может, мы что-то не так делаем?

«МЫ НАВАЛЬНОГО ВЫГНАЛИ. И НЕ СОЖАЛЕЛИ»

— Что вы думаете о загадочной истории с отравлением Навального?

— Я эту историю не понимаю. Как только это случилось, Россия должна была сама инициировать расследование, чтобы закрыть тему. С участием международных экспертов.

— Но мы им не доверяем. А они не доверяют нам.

— Состояние холодной войны. Ничего хорошего в этом нет.

— Навальный – самостоятельная фигура?

— Он в «Яблоке» был долгое время. Мы с ним расстались, мы его выгнали. Потому что его политика нас не устраивала. Мы никогда об этом не сожалели. У нас совсем другая политическая линия. Но я желаю ему здоровья. То, что с ним происходит, это по-человечески очень тяжело.

— Я знаю, что вы не очень любите говорить о Навальном. Но все-таки – он предатель, неудобный для власти персонаж или агент спецслужб?

— У меня встречный вопрос. Почему не сделали такого международного журналистского расследования по убийству Бориса Немцова, а сделали по отравлению Навального? Не знаю ответа. А Вы?

«НЕ НАДО СОБАЧИТЬСЯ СО ВСЕМИ ПОДРЯД»

— Что ждет Россию при Байдене?

— В Америке очень тревожные процессы. Страна расколота почти пополам — 74 миллиона человек голосуют за Трампа и 81 миллион – за Байдена. А нас ждет трудное время. И дело тут не в США. Надо вырабатывать максимально выгодную для России внешнюю политику. Не собачиться со всеми подряд и говорить: вы все плохие, вы нас обижаете. Никто нам ничем не обязан. Надо находить с окружающим нас миром общий язык, но самое главное – понимать свои национальные интересы.

— В чем они? Просветите.

— Если говорить коротко, — в росте благосостояния нашего народа. Мы за его будущее несем ответственность.

— Но русскому человеку с одной стороны, хочется и жить хорошо, но при этом и выглядеть гордо, как великая страна. А за величие платить надо. Как это соединить?

— Учитывая нашу культуру, нашу историю, наши масштабы и качества нашего народа, мы в любом случае великая страна. Мы, как народ, ничем не лучше других, но ничем и не хуже.

Вконтакте Facebook Twitter Одноклассники —>

Председатель Федерального политического комитета партии «ЯБЛОКО», вице-президент Либерального интернационала. Доктор экономических наук, профессор НИУ Высшая школа экономики

2. Они обучают детей социальным навыкам

Исследователи из Государственного университета Пенсильвании и Университета Дюка изучали более 700 детей по всей Америке начиная с дошкольного возраста вплоть до достижения ими 25 лет. Они обнаружили взаимосвязь между социальными навыками, которые дети приобрели в детском саду, и успехом, достигнутым ими через два десятилетия.

Это 20-летнее исследование показывает, что социально компетентные дети, которые добровольно сотрудничают с окружающими, помогают, понимают их чувства и решают проблемы самостоятельно, скорее получат к 25 годам рабочее место и высшее образование, чем их асоциальные сверстники. У детей с ограниченными социальными навыками больше шансов попасть в тюрьму, спиться или подать заявку на государственное жильё.

Fiona Goodall /Getty Images

«Согласно данному исследованию, чтобы подготовить детей к светлому будущему, нужно помочь им выработать социальные и эмоциональные навыки. Это главное, – говорит директор по научно-методической работе фонда Роберта Вуда Джонсона Кристин Шуберт. – Эти навыки определяют, попадёт ли ребёнок в колледж или тюрьму, найдёт ли он работу или станет наркоманом». К слову, само исследование финансировалось из денег фонда.

Грант стал началом реализации серьёзных планов

Реализация одобренного департаментом АПК бизнес-плана сегодня идёт полным ходом, в него входит высадка земляники садовой на площади 1,5 гектара и на таком же участке высажены 1,5 тысячи саженцев черешни.

Крестянско-фермерское хозяйство Богомазовых в течение пяти лет должно получить 36 тонн черешни и 58 тонн земляники садовой. В рамках данного проекта за счёт средств полученного гранта были приобретены минитрактор, фреза, дискатор, опрыскиватель, плёнкоукладчик, специализированный автомобиль (изотермический), система капельного орошения.

Замкнуться на ЦБ

Василий Солодков, директор Банковского института Высшей школы экономики, рассказал о перспективах внедрения цифрового рубля и его рисках. По словам эксперта, в цифровом рубле «угадывается желание отследить и замкнуть все платежи на Центральный банк»:

– У Центробанка есть страх перед криптовалютами, что они заменят государственные деньги, поэтому регуляторы предлагают свою альтернативу. Госрегуляторы банковского рынка разных стран боятся отстать друг от друга в этой сфере. У мировых Центробанков есть понимание, что создание криптовалют не должно привести к хаосу. При этом регуляторы хотят контролировать с помощью криптовалюты всё и вся.

На пути внедрения цифровой национальной валюты, Василий Солодков видит потенциальную угрозу конкуренции на банковском или платежном рынках:

– Если вместо банковской системы будет один Центробанк, то конкуренция на банковском рынке исчезнет вместе со стимулами к развитию отрасли. Опыт человечества показывает, что любая монополия заканчивается плохо, даже государственная.

Эксперт напомнил о существующих рисках вложения всех средств в одну кредитную организацию:

– Даже государственные банки рушатся, как показывает история, а Минфин может не отвечать по обязательствам по облигациям.

Василий Солодков обратил внимание и на возможные проблемы с обещанной регулятором анонимностью платежей, с использованием цифрового рубля:

– Сейчас нас накрыла волна очередного скандала, связанная с торговлей на чёрном рынке базами данных Центрального банка, Министерства внутренних дел, Министерства здравоохранения. Поэтому нет уверенности в гарантиях ЦБ, который обещает сохранить анонимность расчётов цифровым рублем, обеспечивая одновременно их прозрачность для других регуляторных участников рынка.

Читать еще:  Заявление на вид жительство для граждан белоруссии

Государство ужасного благосостояния: почему образование и медицина не бывают идеальными

AlexanderRatnikov

Мы неизбежно будем жить в социальном государстве, которое не способно заниматься образованием и здравоохранением, полагает британский журналист-либертарианец, а в прошлом банкир Джеймс Бартоломью. 21 марта в DI Telegraph в рамках проекта InLiberty «Зомби-идеи» пройдет его лекция о перспективах государства всеобщего счастья. В интервью T&P он объяснил, как конкуренция поможет школам, почему другим странам не удастся повторить успешный опыт Сингапура и Финляндии, в чем ключевая проблема системы здравоохранения США и как другим странам не попасть в ту же ловушку.

Джеймс Бартоломью

— Вы много изучали феномен социального государства. Как вы думаете, может ли эта концепция исчерпать себя и придется ли ее тогда заменить другими моделями, например авторитарным государством?

— Я думаю, что у концепции социального государства (или государства всеобщего благосостояния, как его иногда называют) блестящее будущее. При этом совершенно неважно, говорим ли мы о демократиях или авторитарных режимах. Социальное государство всегда появляется, когда общество достигает определенного уровня развития.

— То есть мы неизбежно все будем жить в социальном государстве?

— Да, я думаю, это очень вероятный сценарий. Понимаете, правительства — в особенности выбранные демократическим путем — находятся под давлением общества, которое требует от него предоставить определенные блага. Например, здравоохранение. Даже для самых бедных и больных, даже для тех, кто сам себя довел до такой жизни, что умирает на улице. От любого правительства — демократического или авторитарного — люди требуют помочь таким несчастным. То же самое и с образованием. Люди считают, что вне зависимости от уровня материального достатка или его отсутствия к нему должен быть доступ. Все это характерно и для других аспектов социального государства. Люди просят от государства поддержки, хотя практика показывает, что у него нет опыта или особых достижений в ключевых социальных областях. То есть, когда государство берется за здравоохранение или образование, не получается ничего хорошего.

«The Welfare of Nations»

— Почему тогда вы говорите, что мы обречены на социальное государство, если оно не справляется со своими задачами или делает это неудовлетворительно?

— Это парадокс. Когда мы говорим, что нечто неизбежно случится, то обычно подразумеваем, что это нечто плохое. Это печально, но я пессимист. Мы неизбежно будем жить в социальном государстве, и это неизбежно вызовет массу проблем. Мы столкнемся с огромным количеством неграмотных людей, государственное здравоохранение будет такого качества, что лучше бы его не было вовсе, не говоря уже о высокой безработице. Люди будут одинокими. В своей последней книге («The Welfare of Nations». — Прим. ред.) я попытался найти наименее опасное социальное государство. Когда мы создаем государство всеобщего благосостояния, то сразу же — еще на этапе формирования — должны задуматься, как сделать его менее ужасным.

— Что вы думаете о гибридных странах — таких, как Россия? С одной стороны, в нашей Конституции указано, что Россия — социальное государство (хотя в реальности это не так), а с другой — Россию сложно охарактеризовать как страну или общество. Насколько такая модель может быть устойчива?

— В XX веке капитализм соперничал с коммунизмом. Нужно было выбирать что-то одно. В результате коммунизм потерпел практически сокрушительное поражение. Однако людям, жившим при капитализме, этот строй часто не нравился, хотя он и позволял им быть материально более благополучными. Получилось, что новой нормой для всего западного мира стало социальное государство. Думаю, что к этому неизбежно придут и Россия с Китаем. Все зависит от благосостояния и пропорции среднего класса. Принципиально важно отметить иное: сокращение количества государственных или подконтрольных государству компаний. Просто потому, что такая форма собственности неэффективна. Но это не будет означать отказа от социального государства в виде пособий по безработице, здравоохранения, пенсий и образования. Скорее всего, государство сохранит контроль за структурой систем социальной помощи, но не будет осуществлять эти услуги, передав их частным операторам. Эту систему можно назвать гибридной, но она скорее похожа на упряжку из двух лошадей, которые не любят друг друга, но вынуждены вместе тянуть повозку.

— Еще вы утверждаете, что взгляды современной либеральной элиты, оторванной от реального мира, сформированы академической средой, а пару лет назад в шутку сказали, что английские университеты экспортировали будущих диктаторов. Почему, на ваш взгляд, современное образование разошлось с реальной повесткой?

— Непонятно, что является причиной и следствием. Притягивает ли левых людей образовательная среда, или сама среда превращает вас в левого? Частично, я думаю, это можно объяснить тем, что множество ученых работают в государственных университетах, то есть их конечным работодателем выступает государство. В этом случае сложно критиковать нанимателя за неэффективность. Или нужно прибегать к изощренным риторическим приемам, чего большинство сделать не способно. Было бы честным сказать: «Я работаю в государственном университете по стандартам, выработанным и одобренным государством, но я не думаю, что быть госслужащим — это хорошая идея». Согласитесь, звучит странно. Таким образом, исходя из самой логики их занятости, ученые обречены убеждать всех в том, что государственная занятость эффективна.

© Katharina Fritsch

Кроме того, мне кажется критически важной оторванность ученых от реальности. Если вы бизнесмен — вы адаптируетесь к окружающему миру, вы просто не можете этого не делать. Вы стремитесь получить максимальную выгоду в любой ситуации. Академическая среда совершенно другая. Вы вполне можете заявлять — да, давайте повысим минимальную зарплату до $10 или до $20, даже $30 в час. Пусть все будут богатыми! Но малый бизнес этого просто не переживет. А для ученых все это — абстракция. Именно поэтому многие малые предприниматели, самозанятые работники голосуют за правые партии, низкие налоги и минимальное регулирование. А ученые, которые с этим не сталкиваются, обычно поддерживают левых.

И есть еще элемент ревности. В одном из недавних исследований говорилось, что в наибольшей степени имущественным неравенством раздражены состоятельные левые. Думаю, что многие университетские преподаватели, которым платят не так много, просто завидуют менее умным и ярким бизнесменам, которые, тем не менее, богаче. Поэтому они выступают за высокие налоги для богатых.

Читать еще:  В течении скольки дней можно вернуть плитку магазин по закону

— Вы много писали про образование. Где, на ваш взгляд, лучшая образовательная система и на какие критерии нужно ориентироваться? На Международную программу по оценке образовательных достижений учащихся PISA?

— Рейтинги PISA довольно объективны. Они говорят, что в подавляющем большинстве лучшее школьное образование — в странах Азиатско-Тихоокеанского региона. Поэтому часто возникает соблазн механически скопировать их опыт. Но нужно учитывать региональную специфику. Во-первых, жители этих стран очень трудолюбивы. Во-вторых, во многих этих государствах есть системы частного, или «теневого», образования. В Южной Корее ребенок утром идет в государственную, а затем — в частную школу. Она дополняет государственное обучение. Потом ребенок возвращается домой, делает уроки до полуночи и ложится спать. На следующий день цикл повторяется. В частных школах учителя сильно заинтересованы в том, чтобы их подопечные преуспели, в то время как преподавателям в государственных учреждениях все равно. Рейтинги PISA игнорируют структуру образования и местные особенности.

— Высокие места в этих рейтингах занимают Сингапур и Финляндия — в обоих случаях государство активно присутствует в образовании. Нет ли здесь противоречия с вашей теорией о пагубности вмешательства государства в эту сферу?

— В Сингапуре активно представлено частное образование. Ключевым здесь, мне кажется, является вопрос культуры. Например, в школах США дети китайских мигрантов показывают результаты лучше, чем их американские сверстники. В Сингапуре же по-прежнему сильно наследие основателя страны — Ли Куан Ю. Он внедрил в сознание сограждан необходимость дисциплины и трудолюбия, что положительно сказывается на качестве школьного образования. При этом Сингапур не уникальный пример, он находится в группе с Южной Кореей и Японией, а также с Шанхаем. Везде сильны традиции уважения к образованию и есть множество частных школ.

Что касается Финляндии, то это другой особый случай. Есть множество теорий, которые объясняют успехи этой страны. Недавно финская девушка помогала мне с одним исследованием. Она была очень, очень умной. Я спросил ее о дисциплине в финских школах. И знаете что она ответила? «Ой, у меня было очень плохо с дисциплиной, меня считали бунтарем!». При этом она была очень мотивирована и идеально себя вела. Так я на собственном опыте убедился, что дисциплина в финских школах находится не просто на другом уровне, а мы говорим о ином измерении. Сравните это со школами в плохих районах Лондона, где учителю сложно перебить учеников! Дисциплина — важнейший фактор успеха финского образования.

Следует признать, впрочем, что сейчас финское школьное образование скорее стагнирует. И если страна столкнется с массовым наплывом мигрантов, как соседняя Швеция, то результаты могут стать еще хуже. Не забывайте, что Финляндия — очень однородная, гомогенная страна.

— Получается, что удачный опыт Сингапура или Финляндии нельзя просто скопировать?

— Нет. Я думаю, что лучшая система школьного образования в рамках социального государства — дать родителям максимальную свободу выбора. Например, в Швеции есть частные школы, которые получают финансирование от государства в зависимости от количества учеников. Таким образом, им нужно соревноваться друг с другом и улучшать качество.

— Если государство сведет свое участие в школьном образовании к минимуму, кто будет определять образовательные стандарты? Нужны ли они вообще школам и университетам?

— Я выступаю за максимальное разнообразие. Мне ненавистна мысль, что государство будет определять программу школьного образования или выбирать идеологический уклон. Государство не должно диктовать школам, что и как преподавать ученикам. Достаточно минимальных требований в виде обязательств учить детей читать, писать и математике.

В основе своей ваш вопрос о другом: стоит ли доверять ближним? Люди не доверяют другим, если они не управляются кем-то еще. Вы словно говорите: «Я не доверяю близким мне людям принимать взвешенные разумные решения, но я доверяю незнакомцам в правительстве принимать такие решения». Это абсурд и оскорбление самой идеи свободы. Зайдите в любой супермаркет в Великобритании. Вы можете купить все что угодно. Нет никакого государственного контроля. При этом супермаркеты не продают каких-либо опасных вещей, они ориентируются на спрос. А люди обычно хотят обычных здравых вещей.

— Почему в другой чувствительной сфере — здравоохранении — такие огромные проблемы в США? Ситуация более или менее свободной конкуренции не привела к снижению стоимости лечения.

— Американская система здравоохранения очень несовершенна. Ключевая уязвимость: потребители не напрямую оплачивают медицинские услуги. Вместо них расходы несут страховые компании. И когда американец приходит к врачу, все знают, что этот визит и последующее лечение будут оплачены страховщиком. Поэтому врачи часто назначают ненужное лечение. Им все равно. Правда, из-за высокой стоимости лечения и развитого частного сектора американская медицина и фармацевтика находятся на передовом рубеже. Весь мир ориентируется на разработки американских фармацевтов. Но я бы не стал ни в коем случае ориентироваться на систему здравоохранения в США, если бы проводил реформы. Иногда в моей родной Великобритании я слышу: «Наша система здравоохранения (NHS) ужасна и не работает, но все равно я не хочу, чтобы у нас было так же, как в США». Как будто существуют только две модели.

— А где хорошие системы здравоохранения?

— Швейцария, Нидерланды, Германия, тот же Сингапур. В последнем самое дешевое здравоохранение. Сингапурцев обязывают заводить личные медицинские сберегательные счета. Как только они выходят на работу, они должны перечислять туда деньги. Их можно тратить только на медуслуги, пока на счете не образуется очень крупная сумма. И только часть можно пустить на другие цели. Медицинский счет можно завещать члену семьи или другому лицу. Важно, что люди сами распоряжаются своими деньгами, и поэтому делают это аккуратно. Кроме того, у сингапурцев есть возможность выбрать больницу или врача. Получается, что потребитель выбирает лучшее предложение по соотношению цены и качества. В страховой же системе медицины платит не потребитель, и это искажает всю картину. Сингапур сочетает медицинские накопительные счета и страхование. В результате здравоохранение в этой стране наиболее эффективно, хотя точно оценить его качество проблематично: Сингапур не входит в Организацию экономического сотрудничества и развития, которая проводит исследования в .

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector